bits and bobs
холодно. хочется в лес убежать,
барышень в чаще лесной ублажать,
в деле, в котором был вовсе не плох,
зверем застигнутым быть и врасплох
пойманным зайцем, пулей, стуча
всеми зубами, дать стрекача
и — не зазорно такое старью! —
жертвой подругу оставить зверью.
дескать, бери, не замай шалуна,
кто-то же должен кормить шатуна.
p.s. в странной форме выражается тоска по Журналу нулевых-десятых. но как есть…
Наш уголок я убрала цветами
— сыплет и сыплет апрельский снежок,
сколько бы дров в журнале ни жег,
греясь, ни сыпал бы в печь уголька,
мерзну. ничем не согреть уголка.
в том-то и дело, что тлеет, как трут,
блог. в перспективе май или труд,
мира — первого слова клише —
где бы найти на понюшку? — в душе?
— нет в ней, где бруствер за бруствером, ров —
мира. немало наломано дров.
ищешь, как истину ищут в вине.
— где же она? — ни внутри, ни вовне.
— нет ли в заоблачной выси, где взвесь
мокрого снега и сахара? взвесь.
Меж тем обрушилась стена Хоти́нской крепости. Ломоносовская «Ода блаженныя памяти
Государыне Императрице Анне Иоанновне на победу над Турками и Татарами и на взятие Хотина 1739 года» (здесь) — основание, фундамент российской силлабо-тоники.
пишут, разрушен Хотин… силлабо-тонически скрепы
не обветшали — куда вирши раствора прочней.
мастер, взяв мастерок, уложил величальные ямбы —
мне в подмастерья пойти впору бы, оды кропать.
что говорите? кому? на какую такую победу?
форме, старой как мир, дела до этого нет.
туман, разрезаемый трением шин, —
откуда такая вселенская копоть,
которую мерят на разный аршин
машины, увязшие в шуме, как коготь?
и там, где расставились ели, леса,
ни зги. осязание, зрение — слуха
союзники — в свисте оси колеса,
в шипении тонут, как сонная муха.
туман, укрывающий кроны. вершин
отсутствие в перечне. трение шин.
холодно. сыплет апрельский снежок.
давненько я записей старых ни жег.
спускаюсь за теми, где было впадал
в уныние по малолетству, в подвал.
там черные ягоды бродят, и сок
густой пузырится, тянут носок
мыши — без устали честь отдают
кошке, там паутина, уют,
записей старых хранилище. с плеч
долой! отправляйтесь в голландскую печь!
станет просторней в подвале на треть.
холодно. хочется руки согреть.
полно вам петлю вокруг завивать
шеи — лучше в трубе завывать,
или — довольно в пыли созревать
полуподвала — греть, согревать.
синим горите пламенем за
слабохарактерность, старые за…
— душа моя, едем в Париж,
довольно мечтать о канкане,
в Париже ты воспаришь,
а здесь сидишь на кукане,
сквозь жабры продернутом. вынь
канат из-под жаберной крышки,
пора, не жалея кубышки,
пополнить коллекцию вин.
— брось, полюбила канат,
сцепилась со странами НАТО,
не надо мне ваших Канад,
Франции вашей не надо.
что еще в списке? канкан?
попал в молоко, не в десятку,
с ним — угодила в капкан,
с которым танцую вприсядку.
коленце, коленце… с колен
встаю в хороводе Камен.
половодье, половодье
вскачь, отпущены поводья
рек, и зайчик в поле, полоз
рапортуют: вам по пояс!
не могу же, за Можаем
проживающий, Мазаем
быть для всех зверюшек. лодки
разобрали в околотке.
разверзающее бездну
под ногами, будь любезно,
схлынь, настаиваю, малым
сим не будь девятым валом.
нет!? добавлю пару-тройку
слов, натянутых, как нота:
половодье, землеройку
не замай! ежа, енота,
бурозубку, прочих-разных
грызунов, ракообразных
и слонов, которых, строго
говоря, в России много.
здесь слоны, не беспокояс’,
проживают. им по пояс.
лев ли, двуспальный британец, сборет, полутораспальный
символ России возьмет верх, размышляю… не сплю.
за битвой битва? ты ангажирован…
престижней премий в кинематографе
не сыщешь. лихо средний палец
выкатил слева направо, Оскар!
одна проблема в явном стремлении
разить агиткой правых — с гарантией
отдаст в плечо. кинематограф
будет убит наравне с врагами.
лыжи у печки стоят
утро. раздолье перу —
я заливаюсь чижом,
лучше похмелье в пиру
здешнем, чем в брашна в чужом.
даром что слышится мат
свары за тонкой стеной,
месяц кончается март,
что нам за дело, родной?