bits and bobs
стишки
мельница не мелет, жернова в простое,
отощали мыши, мыши на постое.
где слова? где рифмы? в нетях мельник ражий.
дело керосином, ежели не кражей,
пахнет неприятно. строчку, бога ради!
обернется песней горстка слов в тетради.
мышь без корки хлеба, жеребец без сенца.
мельница не мелет. остановка сердца.
отче! вседержитель, ладаном и миррой
пахнущий, пшеницы дай — реанимируй.
— в чем измеряют, ответь, оракул, Силу Сибири?
в Ньютонах? метрах? рублях? в долларах? — мера — юань.
экий ты, братец, котейко!
кошечки — эта и та —
плачут… не думай, статейка
сыщется и на кота.
неодобрительно — я им:
брошены? обе? беда!
рыжему разом впаяем
двушечку. — скоро ли? — да.
впадая понемногу в нищету —
во что ещё впадать тебе осталось,
не в Каспий же? — клянёшь усердно ту,
которую зовут старуха, старость.
в нагруднике, подобии брони,
кихотствуя, в набедреннике узком
беззубую старуху не брани
в бессилии — чеши ее за ушком,
и кошечкой свернется старость на
стреляющих коленях, не страшна,
задержится на станции в пяти
шагах до наступления, в пути.
магическая сила цифры пять!
пойдет, как заколдованная, вспять.
щи да каша…
непроходимая простуда.
увяз. гоню её взашей.
откуда, милая? оттуда,
где на обед едят мышей
летучих. лакомые ушки,
хвосты… как камень из пращи,
лети на запад, где лягушки
в чести — не каша и не щи!
свищет — май же всё-таки — пичужка,
говорю, беда,
я осоловело, как пьянчужка
во хмелю, — и, да,
кошка как какая-нибудь стерва
огорчит сердца
нежные — куда героям Стерна! —
разорвет скворца.
скворушку, персидская порода,
не щади, замай,
даром что прекрасная погода,
выходные, май.
сердцу, устремившемуся к Боне,
не прикажешь ведь,
просит ретивое сердце боли —
и ревьмя реветь.
петушится серенький денёк
утром, распушился в пух и перья,
нет бы брал уроки, как Денёв
Катерина, музыки и пенья.
екатеринбуржцы, омичи
просят, как моряк из кругосветки:
клюв слюной, пожалуйста, смочи,
заливайся кенарем на ветке.
автомобилисты не рулят,
вбит по шляпку самую прохожий
без фиоритуры и рулад.
день, как солнце красное, пригожий.
Красавица, что ж ты не рада?
осетинский рислинг пахнет пылью.
скоро ли с тобою посетим
их, рождённых сказку сделать былью
виноградарей из южных осетин?
горы их, возделанные лозы
ближе, чем заоблачный Байкал.
посмотри, как ласковые слезы
виноградные стекают в мой бокал.
что же ты, красавица, не рада
запаху, который, как в бору
ягода? вину из винограда?
говоришь, что любишь Хванчкару?
холодно. хочется в лес убежать,
барышень в чаще лесной ублажать,
в деле, в котором был вовсе не плох,
зверем застигнутым быть и врасплох
пойманным зайцем, пулей, стуча
всеми зубами, дать стрекача
и — не зазорно такое старью! —
жертвой подругу оставить зверью.
дескать, бери, не замай шалуна,
кто-то же должен кормить шатуна.
p.s. в странной форме выражается тоска по Журналу нулевых-десятых. но как есть…
Наш уголок я убрала цветами
— сыплет и сыплет апрельский снежок,
сколько бы дров в журнале ни жег,
греясь, ни сыпал бы в печь уголька,
мерзну. ничем не согреть уголка.
в том-то и дело, что тлеет, как трут,
блог. в перспективе май или труд,
мира — первого слова клише —
где бы найти на понюшку? — в душе?
— нет в ней, где бруствер за бруствером, ров —
мира. немало наломано дров.
ищешь, как истину ищут в вине.
— где же она? — ни внутри, ни вовне.
— нет ли в заоблачной выси, где взвесь
мокрого снега и сахара? взвесь.